Размер:
A A A
Цвет: C C C
Изображения Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта
Demidov Yaroslavl State University

Наш адрес: 150003, г. Ярославль, ул. Советская, д. 14
График работы с посетителями в отделах университета:
пн, вт, ср, чт: 9.00-12.00, 14.00-17.00,
пт: 9.00-12.00, 14.00-16.00.
Приемная комиссия: +7 (4852) 303210
Ректорат: +7 (4852) 797702
Факс: +7 (4852) 255787
e-mail: rectorat@uniyar.ac.ru

Александр Кузнецов: 今日は, 横浜市 - здравствуй, Йокогама!

Александр Кузнецов, профессор физического факультета ЯрГУ, побывал в Йокогаме, втором по величине городе Японии, где прошел Международный конгресс по оптике и фотонике  «OPIC-2017».

今日は, 横浜市 (конничи-ва, Ёкохама-си) в переводе с японского значит «здравствуй, Йокогама». Возможно, именно эти слова произнес 18 апреля Александр Васильевич Кузнецов, профессор кафедры теоретической физики ЯрГУ, который приехал во второй по величине город Японии на Международный конгресс по оптике и фотонике «OPIC-2017». Мы беседуем с Александром Васильевичем о нейтринных процессах и впечатлениях от поездки в Страну восходящего солнца.  


- OPIC-2017 – мероприятие значимое?

- Это передний край современной прикладной науки, демонстрация новейших оптических технологий. Конгресс «OPIC» проходил уже в 6-й раз. Он состоял из нескольких параллельных конференций, и впервые одна из них - «Light-driven Nuclear-Particle physics and Cosmology», можно перевести как «Светоускоряемая физика ядра и частиц и космология» – была посвящена фундаментальной физике. И впервые у меня было ощущение полного удовлетворения от конференции, потому что все доклады были интересны. В нашей секции выступали в основном японские коллеги, также были доклады из Германии, Румынии (там как раз сейчас большой всплеск интереса к фундаментальной науке), Великобритании. Из России был один доклад – наш.

- Как вы узнали об этой конференции? Вас пригласили организаторы конгресса?

- Это интересная история. В октябре 2016 года мне пришло электронное письмо, в котором японский коллега приглашал меня на эту конференцию. Он написал, что наши книги произвели на японских ученых сильное впечатление. Речь идет об «Электрослабых процессах во внешних электромагнитных полях» и «Электрослабых процессах во внешней активной среде», вышедших в издательстве «Шпрингер», которые мы написали с Николаем Владимировичем Михеевым, ведущим ученым ярославской школы теоретической физики. Но в тот момент я просто отложил письмо в сторону – как говорится, где я и где Япония. Вскоре я узнал, что ярославских физиков порекомендовал японским коллегам ученый из МИФИ – Александр Федотов. Оказалось, он хорошо знает нашу школу и давно следит за нашей работой. После этого я ответил приглашающей стороне. Поскольку организаторы были очень заинтересованы в нашем участии в конференции, нас освободили от оргвзноса, поддержали в оплате за проживание и даже в расходах по перелету! После этого отказываться было неудобно, и я поехал в Японию.


- Чему был посвящен ваш доклад?

- Я докладывал результаты наших расчетов одного довольно экзотического нейтринного процесса, который мог идти в сильном магнитном поле в ранней Вселенной. Эта задача связана с одной из проблем современной физики космических лучей – проблемой избытка античастиц, позитронов и антипротонов, который был недавно обнаружен в экспериментах PAMELA и AMS-02. В свою очередь, этот экспериментальный результат напрямую связан с космологической проблемой барионной асимметрии Вселенной. Наблюдаемое очень малое количество антивещества пока не имеет удовлетворительного теоретического объяснения. Мы попытались подойти к проблеме с новой стороны – привлечь для ее решения возможную лептонную асимметрию, которая пока не обнаружена, но имеет полное право на существование с теоретической точки зрения. Для того, чтобы некоторый избыток нейтрино превратить в избыток барионов, нам и нужны сильные магнитные поля, которыми мы занимаемся уже много лет. Существуют модели ранней Вселенной, в которых такие поля могли возникать на стадии электрослабого фазового перехода. Вселенная расширялась, постепенно остывая, и образовывались пузырьки новой фазы, которые находились на расстоянии друг от друга, не были причинно связаны, и в них возникали разные свойства вакуума. На определенном этапе расширения эти пузырьки соединялись между собой, это можно себе представить как встречу двух мыльных пузырей. За счет разных свойств вакуума возникала область перехода, так называемая доменная стенка, в которой и генерировалось магнитное поле. Если поле достаточно сильное, оно может вызвать изучаемый нами нейтринный процесс. На мой взгляд, коллеги слушали доклад с интересом. Замечания были скорее не критические, а стимулирующие: говорилось, в частности, о том, что нужно учесть при дальнейших расчетах – гравитацию, например. Было интересное предложение рассмотреть наш процесс на различных стадиях электрослабого фазового перехода, в ходе которого у частиц появляется масса за счет взаимодействия с полем Хиггса. В частности, на ранней стадии, когда масса еще не возникла, исчезает порог для нашей реакции, и она становится еще более вероятной.

- Есть ли перспективы дальнейшего сотрудничества с японскими коллегами?

- Надеюсь, что есть. Собственно, в основном для этого меня и пригласили. Мы обсудили очень интересный эксперимент с использованием мощных лазеров, предложенный японским коллегой. Нам необходимо провести теоретические расчеты для обоснования этого эксперимента, но рассказывать о его деталях пока рано.

- Конференция наверняка запомнилась еще и тем, что вы побывали в интересной стране, не похожей на Россию. Какие впечатления у вас остались от Японии и японцев?

- Города я практически не видел – все время проводил на конференции. Но мне посчастливилось издали увидеть и сфотографировать один из символов Японии – гору Фудзияму. Фотографию я сделал с башни Лэндмарк-Тауэр, третьего по высоте здания Японии – 73 этажа. Как физику, мне было интересно узнать, что внутри этой башни на 71 этаже находятся два шара массой в сотни тонн – инерционные гасители, которые уменьшают колебания башни во время сильного ветра или землетрясений.



Меня поселили в интересной гостинице, организованной в японских традициях. Это как бы целый комплекс заведений: гостиница, общественная баня, дом отдыха, спа-салон. В гостинице запрещено ходить в уличной обуви, поэтому везде ходишь либо босиком, либо в носочках – и в буфет, и в баню с шикарным бассейном с бурлящей горячей водой. Номер у меня тоже был своеобразный, в духе японского минимализма. Правда, сидеть на низеньких стульчиках с непривычки было тяжеловато.



Интересная история случилась со мной и на обратном пути. В Японию я летел эконом-классом, и это было достаточно тяжело. Когда я регистрировался на обратный рейс, мне предложили место в бизнес-классе, причем без доплаты. Повезло – соединили два рейса и мест в эконом-классе не хватало. Если вы еще не летали бизнес-классом, очень советую. У меня была отдельная кабинка с креслом, которое легким нажатием кнопки можно было превратить в постель, что немаловажно при 9-часовом перелете, особенно ночном. Словом, впечатления от поездки остались замечательные. А поскольку познакомиться с Йокогамой практически не получилось, есть большое желание вернуться туда.





 Беседовала Юлия ЦОФИНА

Возврат к списку